Присоединяйтесь
к нам в соцсетях

Видеолекторий

Татьяна Веснина: «Работать с текстами, вчитываться в них и делать открытия – это так интересно!»

В рамках нашего «Видеолектория» мы встретились с журналистом, кандидатом филологических наук, театральным критиком, музыкальным редактором Томской государственной областной филармонии Татьяной Леонидовной Весниной и попросили ее рассказать о себе, работе и своих книгах. Полную видеоверсию встречи вы можете посмотреть ниже, а в краткой текстовой версии мы собрали только основные моменты. Итак, слово нашей гостье.

Татьяна Веснина в Томской областной библиотеке им. А. С. Пушкина

– В 15 лет я впервые узнала, что в Томске можно получить специальность журналиста, и решила испытать свои силы. Произошло это очень просто. К нам на урок литературы пришел тогда еще преподаватель кафедры журналистики филологического факультета Юрий Николаевич Мясников. И это случилось больше 40 лет назад. Трудно поверить, что уже так много времени прошло – мне кажется, я все еще продолжаю познавать эту профессию с разных сторон. Он сказал, что при Томском государственном университете работает школа молодого журналиста. А кто туда может поступить? Ну, пожалуйста, приходите, кто любит писать сочинения. И я пошла, хотя даже, наверное, заметки в стенгазету не писала, но сочинения писала, получала пятерки. Потом оказалось, что сочинение и даже небольшая информационная заметка – это очень разные жанры. Из того раннего периода больше помнишь не о каких-то достижениях, а о своих промахах или уроках, которые получаешь. Я помню, что очень плохо получалось с заголовками. Почему-то никак они у меня не получались яркими, хлесткими. Но анализируя сегодня те свои попытки, я понимаю, о чем мне всегда хотелось писать. Мне хотелось писать о людях, которые меня окружают. Со временем я поняла, что самое ценное в профессии журналиста – рассказать о человеке, который чем-то интересен, что-то может и кто живет рядом. Умение увидеть этого человека, услышать, рассказать о нем – это умение, которому надо учиться. И я учу своих студентов.

И первая, о ком я захотела написать, была наша пионервожатая. Эту маленькую заметку я назвала «Наша Нина». На что Юрий Николаевич посмотрел и говорит: «Так писали в 30-х: «Наша Нина», «Наша Маша»…» И его ирония меня так озадачила, что я подумала: «Наверное, у меня ничего не выйдет». Но за два года какие-то азы я получила и поняла, что для поступления на отделение журналистики нужны публикации. А публикации – это уже работа профессиональная. Надо идти знакомиться с редакцией. Через Юрия Николаевича и круг знакомых я стала сотрудничать тогда с молодежной газетой «Молодой ленинец». У меня даже сохранился квиточек от первого гонорара. Представляете, это был 1981 или 1982 год, я еще школьница, и вдруг мне приходит почтовый перевод на 1 рубль 15 копеек! Это были такие деньги, и я сама их заработала!

Потом я на практике ходила к Эдуарду Викторовичу Стойлову. Cо Стойловым у нас были вообще свои какие-то отношения. Он учился в той же второй школе, что и я. И это был пароль. Я пришла к нему и говорю: «Здравствуйте, Эдуард Викторович! Я из второй школы. Привет от Татьяны Михайловны». И все. Это просто сразу сработало. А Татьяна Михайловна – это мой учитель математики.

Меня готовил к поступлению в университет Эдуард Викторович. От него я узнала самые первые секреты, так скажем, мастерства. То, что потом стали называть мастер-классами. Я проходила мастер-класс у него: дается тема, и за три дня надо собрать материал. Ты приходишь потом в назначенное время, и за определенное количество часов надо написать текст. У тебя есть домашние заготовки: записываешь в блокнот, с кем ты разговаривал, какие-то факты и так далее. Тогда диктофонов портативных не было. Ручка и блокнот – это стандартный набор журналиста.

Какие Эдуард Викторович мне дал рекомендации? Во-первых, всегда выслушивать. Не прерывать говорящего. Слушать очень внимательно и обращать внимание на детали. «Учись писать первое предложение» – самый ценный совет, который я запомнила на всю жизнь. И своим студентам говорю: самое важное в любом тексте – первое предложение. Оно задает интонацию, ритм, дыхание всему тексту. Вот над первым предложением надо думать. Еще, конечно, важен финал. У некоторых режиссеров получается спектакль с тремя-пятью финалами, а у меня, как правило, пять начал. Так выберешь – в одном ключе пойдет разговор, а так выберешь – в другом. И понимаешь, что не ты владеешь словом, а слово владеет тобой. Оно ведет. Правда, к пониманию этого приходишь уже позже, а сначала просто интуитивно это чувствуешь.

Почему мне еще захотелось пойти в эту школу молодого журналиста – было сказано волшебное для меня тогда сочетание: Томский государственный университет. Я томичка и, много раз проезжая мимо главного корпуса, с завистью смотрела на тех, кто там учился. Мне казалось, для меня это так недоступно, там только избранные. И вдруг, оказывается, можно туда поступить и ходить. Когда я поступила, чувствовала, что начинаю новую жизнь – я причастна к этому сообществу, и что сейчас все пойдет по-другому. Первый курс я в каких-то таких романтических тонах прошла, хотя сложновато пришлось на первой сессии. Я даже знать не знала, что надо было читать очень много, потому что, несмотря на то, что это отделение журналистики, мы были филологами. И я очень рада, что именно так. Горжусь, что у меня в дипломе написано, что я окончила филологический факультет, потому что преподаватели, которые нам вели курсы литературные, – это вообще корифеи, они были создателями филологических школ. Когда я говорю: «Вот у нас ФЗ литературу вела», все знают, что ФЗ – это Фаина Зиновьевна Канунова. Также литературу у нас читала Ольга Борисовна Лебедева. Когда я стала писать о театре, то узнала, кто такая Тамара Павловна Лебедева. Наверное, понимаешь ценность этого образования даже не в тот момент, когда ты учишься, а когда уходишь. Единственное, о чем я жалею, что у журналистов тогда был сокращенный список литературы, нам его урезали, филологи читали гораздо больше. Филологическая база – это база на всю оставшуюся жизнь. Кем бы потом люди ни работали, но то, что заложено было университетом – это просто фундамент, прочный, настоящий, на котором можно было выстраивать любую траекторию своего профессионального пути.

Татьяна Веснина в Томской областной библиотеке им. А. С. Пушкина

Первая моя работа – это университетская газета, она называлась «За советскую науку», многотиражка, которая выходила два раза в месяц. Но именно там я познакомилась с людьми, с которыми потом мы начинали и создали газету «Томский вестник». Там работала Нина Ивановна Счастная, и туда в качестве внештатного корреспондента приходил Виктор Захарович Нилов. В 1990 году, где-то по весне, Нилов пришел и говорит: «Я тут решил пойти в депутаты горсовета, вы поможете мне?» Мы говорим: «Конечно, поможем», потому что Виктор Захарович – человек, который все знал о Томске, он прекрасный краевед, к тому же еще и радиофизик по одному из образований. Он предложил силами многотиражников вместе выпустить один номер, который сразу был заявлен как городская газета. Когда тебе 20 с хвостиком лет, вообще ни о чем не задумываешься, есть ли материальные возможности или нет, ты горишь идеей. Тем более это 1990-й год. Это было лучшее время советской журналистики, когда, наконец, снята цензура, началась перестройка и гласность. Несмотря на то, что это были лозунги, мы-то были молодые, мы же в это верили открыто, свято. И это было такое время, когда вдруг открываются и люди, и миры, и история совершенно по-другому выстраивается. Поэтому предложение Виктора Захаровича о работе в новой газете «Томский вестник» не показалось нам каким-то авантюрным.

В итоге я проработала 19 лет в газете. Это было очень разное время. Больше того, газета оказалась для меня действительно таким местом, которое все пробудило во мне. Я как журналист нашла ту сферу, которая больше всего меня интересовала. Сначала я увлеклась наукой и писала об ученых. А когда я уже ушла в декрет, мне было как-то скучно без работы, стала ходить в театр. И я попала еще в одни хорошие руки. Это была Мария Марковна Смирнова, завлит Театра драмы, тоже журналист в прошлом. Я стала писать о театре, интересоваться и погружаться в этот мир. И меня стали потихоньку воспитывать. Воспитывать именно в театральном плане. Я приносила первые свои рецензии показать – правильно или неправильно. Это ведь тоже новый жанр, чему учишься только на опыте.

Я помню еще одного человека, который тоже был на моем пути. Это был Виктор Соломонович Цейтлин. Он как-то пришел в редакцию «Томского вестника» и говорит: «Мне бы Татьяну». Четыре человека на него посмотрели: «А которую Татьяну? У нас тут четверо – все Татьяны». Он говорит: «Которая пишет про театр». Тогда все посмотрели на меня. И он стал носить мне старые публикации из «Литературной газеты», еще что-то про театр. Я очень долго не могла понять, зачем он мне приносит старые вырезки. И только потом поняла, что он таким образом меня очень деликатно учил образцам: вот как пишут об этом, внимательнее читайте, на это обращайте внимание…

В какой-то момент я вдруг почувствовала, что мне действительно нужна теоретическая база. Чтобы писать хорошо о театре, мало просто ходить туда, нужно знать. Сначала я поехала в Москву и через Союз театральных деятелей стала учиться на секции театральных критиков. Мы ездили по разным городам, встречались два или три раза в год, смотрели спектакли, обсуждали и писали рецензии. А потом публично эти рецензии оценивали. Этот семинар, в котором я занималась лет пять или шесть, расширил кругозор, но я все время ощущала, что мне не хватает базы. И тогда я узнала случайно, что в нашем Томском педагогическом университете идет набор на магистратуру. Там ведет курс Валентина Егоровна Головчинер. Фамилия Головчинер мне уже была хорошо знакома. Это один из ведущих театральных критиков области, я читала ее работы, слышала выступления на каких-то обсуждениях. Я пошла и поступила.

В 2014 году я окончила магистратуру, Валентина Егоровна говорит: «Надо теперь поступать в аспирантуру. У вас хороший материал, вы собрали по Булгакову много. Вам чуть-чуть – и готовая диссертация». Я поверила. Потом оказалось, что это еще три года работы. Но эти три года – они какие-то особые. Это был другой уровень зрелости и вчитывания в текст. И вот тут я вдруг поняла, может, когда-то сделала ошибку, выбрав журналистику, а не филфак, не литературоведение. Потому что работать с текстами, вчитываться в них и делать открытие – это так интересно! Совершенно феноменально. Когда ты читаешь, и на какой-то сто первый раз тот же самый, знакомый уже текст вдруг открывается, и ты понимаешь: «Вот оно!» И в такие моменты мне Валентина Егоровна говорила: «Ну, Михаил Афанасьевич вам позволил. Это он, да». И вот так мы с ней работали.

Когда приблизился день защиты, я вдруг поняла, что не зря все-таки столько лет провела в журналистике. Именно журналистика помогла мне найти ту область, которая менее всего была изучена в творчестве Булгакова – его фельетоны. Природа комического и то, как она работает в фельетоне и пьесе, стали объектом нашего внимания.

Собственно, журналистика же привела меня и в филармонию, где я работаю с октября 2014 года. Меня позвали в PR-отдел и сказали, что нужен человек, который бы писал анонсы, проводил пресс-конференции, брал интервью и так далее. И была только одна свободная ставка – музыкальный редактор. Так я стала музыкальным редактором. Ставка обязывает следить за музыкальной жизнью страны. Среди достижений: я в 2017-2018 годах была экспертом «Золотой маски» по драматическому театру, а в 2022-2023 годах была членом экспертного совета «Золотой маски» по музыкальному театру. Это тоже новый этап в жизни и расширение географии. К тому, что я была членом Союза журналистов, стала еще членом Ассоциации театральных критиков. И совсем недавно я созрела для того, чтобы вступить в Союз театральных деятелей.

Татьяна Веснина в Томской областной библиотеке им. А. С. Пушкина

А теперь расскажу, как я стала автором книг. Когда в 2010 году я вдруг осталась без работы, то оказалась в Политехническом университете. И руководитель пресс-службы сказал: «Мы вас возьмем с условием, что вы напишите книгу». Мне терять-то было уже нечего, и, несмотря на то, что я внутри себя «ойкнула», сказала: «Хорошо, напишу». И книгу надо было написать про легендарного ректора Александра Акимовича Воробьёва. Я полтора года работала в архивах и с архивами. И человек открывался, открывался, открывался через документы. Я встречалась с его учениками и коллегами, читала труды, многотиражные газеты, но не нашла ни одного интервью с ним. И я так удивилась, пришла к еще одному журналисту, который тогда был жив, Виктору Андреевичу Лойше. Я говорю: «Виктор Андреевич, я никак не могу понять, почему нет интервью? Было бы интервью, мне бы легче было работать». А он говорит: «Да ты чего? В советской журналистике интервью – это же жанр-изгой. В советское время не было интервью». Приходилось работать и опираться только на документы. А потом, когда уже все было собрано, надо было добавить художественность. Это встретило вдруг страшное непонимание со стороны моих коллег на тот момент. Они говорили: «При чем тут художественная линия?» Я говорю: «Ну как? Кроме того, что он был ректором, профессором, ученым, у него же были какие-то связи человеческие, привязанности. Человек жил – и жил полнокровно. И он тоже с чего-то начинал. Он родился тем более не в Томске, а в Стерлитамаке». Он приехал в Томск в 1927 году с чемоданчиком. Вдруг я вспоминаю: в 1927 году выходят «Двенадцать стульев» Ильфа и Петрова. Остап Бендер тоже появляется с чемоданчиком. Это совершенно разное сопряжение вымышленного персонажа и реального. Это шокировало. Но потом я слышала отзыв от моего коллеги Серёжи Никифорова. Он сказал: «Такой у тебя взгляд интересный на биографию Воробьёва!» Это был такой первый опыт.

Вторая книга – «Комическое в пьесах М. Булгакова 1920-х годов» – родилась из моей диссертации. Инициатором была не я, конечно. Я вообще не понимала, что такое монография. Инициатором была Валентина Егоровна Головчинер, поэтому здесь два автора. И ее фамилия стоит первой не только потому, что она профессор – это была ее идея. Мы с ней договаривались, что какие-то главы пишет она, какие-то пишу я. Мы старались, чтобы книжка вышла к 130-летию Булгакова в 2020 году.

В. Е. Головчинер, Т. Л. Веснина Комическое в пьесах М. Булгакова 1920-х годов. - Томск, 2021

И вот в том же 2020 году совершенно неожиданно мне пришлось работать еще над одной книгой, которая вышла двумя годами позже – «О тех, кого любим и помним». Это 64 биографии артистов, музыкантов ансамбля песни и пляски Российской армии имени А. В. Александрова, которые трагически погибли 25 декабря 2016 года. Идея книги воспоминаний об этих ребятах родилась практически сразу. К 2017 году уже были какие-то материалы первые написаны. Очерками их нельзя было назвать, это были воспоминания родных. Но потом по разным обстоятельствам один журналист отказался, второй, третий. И в январе 2020 года ко мне обратился пресс-секретарь ансамбля Валентина Максимова, зная о том, что я не просто люблю ансамбль, но и дружу с начальником ансамбля и главным дирижером. Она понимала, что, наверное, для них это был какой-то шанс закончить книгу, потому что родные ждали ее. А я понимала, что это мой шанс сказать те слова, которые тогда я писала в соцсетях. Для меня эта трагедия была почти как личная. Я помнила этих ребят, они приезжали к нам в 2015 году. Потом я ездила в Витебск, где они выступали. Я бывала в Москве на их выступлениях. Работа над этими очерками очень многому меня научила. Это было два года общения. Были родственники, которые говорили: «Вы чужая, как вы можете писать, вы не знаете об этом!». Ко мне относились очень осторожно, больше того – негативно. Когда книга была издана, ее вручали на мемориальном кладбище, ко мне подходили эти люди, обнимали и говорили: «Спасибо!». Это такая затратно-человеческая история. И только она закончилась, как началась следующая история, связанная с юбилеем филармонии.

Это книга «Томская филармония. 75 лет». Здесь уже опыт работы над другими изданиями мне помогал. Надо было собирать материал, обрабатывать его, восстанавливать какие-то страницы истории. Но тут работа коллективная. Это была очень хорошая команда и дизайнеров, и редакторов, и моих коллег, потому что в филармонии, кроме меня, еще работает Ольга Юрьевна Суходолина, тоже журналист. И наше журналистское братство очень сильно здесь помогало. Сейчас я прихожу в Пушкинку, читаю газеты, чтобы восстановить не вошедшие в книгу подробности, репертуар оркестра за 80 лет. И надо сказать, открытий – масса.

Томская филармония. 75 лет: 1946-2021: подарочный альбом. - Томск, 2021

Когда-то у меня дочка, маленькая она тогда была, спросила: «Мама, ты можешь книгу написать?» Я говорю: «Нет, одну статью я могу написать, а вот книгу – вряд ли». А сейчас уже понимаю, что, наверное, я бы могла написать.

Обязательно посмотрите полную видеоверсию встречи с Татьяной Весниной:

Организация интервью: отдел электронной библиотеки ТОУНБ им. А. С. Пушкина, август 2026 года

Автор проекта, продюсер: Игорь Брюшинин

Ассистент: Олеся Болотникова